Как толковать карты таро
Отчего таро слабо в этом роде вопросов
Колода таро годится для многого, и вопросы с ответом да или нет суть слабейшее из её применений. Причина строительная: карты суть сложные изображения, каждое из которых несёт несколько значений сообразно обстоятельствам, месту и вопросу, и попытка сжать это богатство в два слова расточает большую его часть. Четвёрка Пентаклей несёт значение безопасности, сдержанности и страха утраты одновременно, и всякая попытка отнести её к благоприятным или неблагоприятным отбрасывает две трети её значения. Поэтому большинство опытных чтецов избегает этого построения, не потому что оно запрещено, а потому что оно употребляет точное орудие в грубой работе, ему не подходящей. Сходно с этим было бы взвешивание тяжестей на чувствительных весах: орудие исправно, а применение его не на своём месте. При этом род вопросов этот остаётся наиболее задаваемым на деле, и потому он заслуживает прямого разбора, а не умолчания.
Ходовые способы и их пределы
Существует несколько распространённых способов извлечения решительного ответа, и у каждого есть известный недостаток. Первый есть разделение карт на благоприятный и неблагоприятный перечни, и недостаток его в том, что разделение это произвольно и заметно различается между источниками. Второй опирается на положение карты, где прямая означает согласие, а перевёрнутая отказ, и недостаток его в том, что исход оказывается заложником способа перемешивания, а не содержания карты. Третий состоит в вытягивании трёх карт и решении по большинству, и он наименее дурен из них и по-прежнему опирается на то же произвольное разделение. Четвёртый состоит в подсчёте старших арканов, и он вовсе ничего не говорит о согласии и отказе. Общее у всех четырёх состоит в том, что они навязывают двоичное разделение изображениям, для него не устроенным. Соединение нескольких способов между собой умножает произвол и не прибавляет точности.
Перестроение вопроса
Осязаемое средство состоит не в поиске лучшего способа решения, а в изменении самого вопроса. Всякий закрытый вопрос возможно раскрыть без утраты его назначения. Вместо вопроса о том, принять ли это предложение, спрашивают, что в нём привлекает, что в нём беспокоит и что упускается из виду. Вместо вопроса о том, удастся ли эта связь, спрашивают, в чём эта связь нуждается для продолжения. Вместо вопроса о переезде в другой город спрашивают, от чего происходит бегство и к чему направлено движение. Различие состоит в том, что открытый вопрос заканчивается тем, что возможно сделать, тогда как закрытый заканчивается двумя словами, на которых решение не строится. Открытый вопрос не препятствует решению, а предшествует ему, давая своему владельцу то, чем он решит. Достаточно одного упражнения для проверки: закрытый вопрос перестраивают трижды в открытых видах и выбирают ближайший к тому, что действительно занимает спрашивающего.
Что стоит за закрытым вопросом
Заслуживает внимания то, что закрытый вопрос нередко скрывает определённое состояние, а не нужду в сведениях. Задающий его чаще всего уже принял решение и просит подтверждения либо опасается принять на себя ответственность выбора. Ни в том, ни в другом случае ответ карты ему не поможет. Узнают это по отчётливому признаку: повторению того же вопроса в разных построениях в течение нескольких дней. Обнаруживший себя вытягивающим заново до появления желаемого ответа уже обнаружил своё желание, и сведение это дороже того, о чём он спрашивал. Читают его тогда как действительный ответ. Полезно в таком положении задать совершенно иной вопрос: что мешает принять решение, которое уже известно. Вопрос этот обращается к действительному препятствию вместо кружения вокруг известного ответа.
 |  |  |
|---|---|---|
 |  |  |
 |
Когда решительность действительно нужна
Существуют положения, в которых спрашивающий нуждается в склонении, а не в пространном разборе, и для этого случая есть разумный способ. Вытягивают три карты в определённых местах: что склоняет к согласию, что склоняет к отказу и что упускается в этом сравнении. Затем читают все три и оставляют склонение самому спрашивающему. Способ этот сохраняет богатство карт и вместе с тем даёт то, на чём возможно построить решение. Достоинство его в том, что третье место нередко переворачивает всё дело, обнаруживая соображение, вовсе не входившее в расчёт. Это ближайшее, чего возможно достичь к решительному ответу без порчи самого орудия. Места определяют до вытягивания и не изменяют их после взгляда на карты. Способ этот сохраняет за спрашивающим ответственность за выбор, и это существенно.
Вопросы, вовсе не задаваемые картам
Существуют роды вопросов, исключаемые независимо от их построения. Врачебные вопросы не задают, и никакое чтение не заменяет обследования и определения. То же относится к правовым вопросам. Не задают вопросов о намерениях отсутствующего человека, поскольку это есть гадание о чужих делах, а не знание. Не задают вопросов о сроках жизни людей. Не задают денежных вопросов, требующих определённого вложения средств. Границы эти суть не обычай, а осязаемое следствие: области эти имеют своих знатоков и свои источники, а чтение в них даёт ложное ощущение знания, способное отсрочить необходимый шаг. Полезно объявить об этом отчётливо при чтении для другого, поскольку спрашивающий может не знать этих границ. Объявление это делают в начале, а не после того, как вопрос уже задан.
Действие сроков на этот род вопросов
Таро слабо в вопросах времени в той же мере, в какой оно слабо в решительности, и оба эти качества нередко соединяются в закрытых вопросах. Вопрос о том, произойдёт ли это скоро, соединяет две слабости разом. Чтецы пытались связывать карты с промежутками времени через масти, числа или созвездия, и построения эти различаются между собой настолько, что доверие к ним не выдерживает. Полезнее превратить вопрос о сроке в вопрос об условиях: что должно завершиться прежде, чем это произойдёт. Ответ тогда оказывается годным к употреблению, тогда как ответ о сроке ничего не даёт, даже оказавшись верным. Довольно одного примера: знание о том, что нечто произойдёт через три месяца, ничего не меняет, тогда как знание о том, чего ему недостаёт, меняет всё. Первое даёт ожидание, а второе даёт работу.
Что остаётся полезным в этом построении
Несмотря на всё сказанное, за закрытым построением остаётся одна польза, о которой стоит упомянуть: оно обнаруживает состояние своего владельца. Когда карты являются и спрашивающий испытывает облегчение, это есть ответ, а когда он испытывает разочарование, это есть другой ответ. Ощущение это не имеет отношения к самой карте и относится к тому, чего он желал, и это точнейшее, что возможно получить в подобных делах. Поэтому некоторые чтецы пользуются этим построением намеренно как проверкой желания, а не как средством узнавания. Говорят об этом спрашивающему отчётливо, чтобы дело не было понято иначе. Это наиболее честное употребление этого построения и наиболее далёкое от внушения спрашивающему, будто ответ пришёл извне. Употребляют его редко и с прямым объяснением того, что именно оно показывает.